Неизвестный донос М. К. Грибовского о тайном обществе


Грибовский М. К. Неизвестный донос о тайном обществе / Публ. [вступ. ст. и примеч.] В. М. Боковой // Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII—XX вв.: Альманах. — М.: Студия ТРИТЭ: Рос. Архив, 2003. — С. 78—84. — [Т. XII].

В мае 1821 г. Александру I был представлен через генералов А. Х. Бенкендорфа и И. В. Васильчикова донос на “Союз Благоденствия”, составленный библиотекарем Гвардейского Генерального штаба Михаилом Кирилловичем Грибовским (1786 — после 1833). Литератор, сотрудник “Военного журнала” и “Украинского вестника”, автор “Исторических замечаний о Малороссии от смерти гетмана Богдана Хмельницкого до Полтавского сражения”, протеже и приятель Ф. Н. Глинки и знакомый многих других декабристов, Грибовский был человеком, действительно хорошо осведомленным о деятельности тайных обществ, и уже с осени 1820 г. по собственной инициативе стал сотрудничать с властями. Его майский донос (1821 г.), содержавший подробный рассказ о возникновении, структуре и целях тайного общества, а также список ряда его членов, неоднократно публиковался* и прочно вошел в научный оборот.
Гораздо менее известны донесения, составленные “вдогонку” первому, в конце мая — начале июня 1821 г. Три из них сохранились в фонде графа Бенкендорфа (ГАРФ. Ф. 1717. Оп. 1. Д. 142), два были опубликованы в 1991 г. А. В. Семеновой**. Остающийся третий (первый из трех) предлагается вниманию читателей.

Публикуемый документ это и живое свидетельство разговоров, ведшихся в недрах тайного общества и демонстрирующих очевидную тактическую установку на дискредитацию носителей верховной власти, но также и свод “исторических анекдотов”, записанных по горячим следам и практически не встречающихся в других источниках. Цифрами, поставленными в конце каждого сюжета, Грибовский обозначал “объекты наблюдения”, следуя тому порядку, в котором они располагались в майском донесении. Под № 1 подразумевается Н. И. Тургенев, № 2 — Ф. Н. Глинка, № 3 — А. Ф. Бриттен.

Текст документа публикуется в современной орфографии с сохранением языковых и стилистических особенностей автора.

***

Здесь излагается только содержание некоторых рассказов и, сколько возможно, удержаны подлинные выражения, но телодвижения, но тон, которые так много придают силы рассказу, не могут быть описаны. К каждому делаемы были примечания, суждения и пр., которые легко отгадать.

1. Государь Император, проезжая в первый раз через Киев, пришел к известному отшельнику под чужим именем, но тот, узнав его, дал совет — слово в слово данный Вассианом Грозному, и “бриллиантовый крест на клобуке был возмездием благого совета и скромности отказавшемуся от сует мира”1. (По словам 1 и 2-го.)

2. Е(го) И(мператорское) В(еличество) занимается часа по два утром у туалета, носит шнуровки, при нем возятся различные составы, как-то, вода, чтоб росли волоса, чтоб лучше стояли, и пр.; после обеда проводит в назначении караулов, присовокупя к сему развод, занятия о выправке и равнении солдат, о переменах формы крагов, улучшении покройки мундиров; будет ли свобода заниматься гражданскими делами? Беда к(нязю) П(етру) М(ихайловичу) В(олконскому)2, если во время туалета камердинер неосторожно дернет или неловко что подаст. (№ 1)

3. По занятии в 1814 году Парижа услышали однажды необыкновенный шум в саду, принадлежавшему к дому, занимаемому Е(го) И(мператорским) В(еличеством). Бросились туда, узнали, что В(еликий) К(нязь) Ц(есаревич) К(онстантин) командовал вдруг по-русски, польски, французски и пр., а Е(го) В(еличество) и В(еликие) К(нязья) Н(иколай) и М(ихаил) П(авловичи) маршировали. (№ 1)

4. Там же Е(го) И(мператорское) В(еличество) был недоволен на В(еликого) К(нязя) К(онстантина) П(авловича). Последний посылает вдруг на ближнюю Англинскую караульню за барабаном, начинает бить поход и маршировать; Е(го) В(еличество) приходит в восхищение, и мир заключен на барабане. (№ 1)

5. Во время войны рассматривали в Военном Совете, держанном в Берлине, карту. Н. Г. Ш.3 и Е(го) И(мператорское) В(еличество) подошел туда, но Е(го) В(еличество), оборотясь вдруг, дал ему щелчок в нос и закричал: “тебе что за дело, д...?” (№ 1)

6. Е(го) И(мператорское) В(еличество), смотря однажды из окна на набережную, увидел прекрасную женщину, за которою шли два лакея.
— В(олконски)й! Кто это такая?
К(нязь): Верно, знатная дама?
Г(осударь): Неправда! это б...ь, приехавшая из Польши.
К(нязь): Такова же, как и все ее землячки...
Не успел он окончить последних слов, как получил страшную оплеуху, а Г(осударь) И(мператор) продолжал равнодушно смотреть в окно. Причиною сему тогдашняя связь с М(арией) А(нтоновной) Н(арышкиной)4. (№ 1 и 2-й)

7. По возвращении графа П. А. Толстого5 из Франции, Г(осударь) И(мператор) сказал ему: “Граф! Вы много писали такого, чего не следовало. Не надобно забываться!”
Т(олстой): Долг мой был то делать. Долгорукий6 говорил более Петру Великому.
Г(осударь): А, граф! Я не Петр, а вы не Долгорукий!
Т(олстой): Если Вашему Величеству не угодно быть Петром, так позвольте же мне остаться навсегда Долгоруким. (№ 1)

8. Министр юстиции князь Д. И. Лобанов-Ростовский7 на просьбу об увольнении получил ответ: “Я министров не ношу в кармане; обождите, найду другого”. (№ 1)

9. Когда прибыл первый курьер с известием о перевороте в Испании8, то Г(осударь) И(мператор) воскликнул: “неожиданный удар!”, и от сильного волнения получил лихорадку, что и было причиною, по которой никто не принят в наступивший за тем праздник. (№ 2)

10. Ее И(мператорское) В(еличество) Вдовствующая Государыня оказывает самое нежное материнское попечение: когда Г(осударь) И(мператор) у нее кушает, то к столу бывают приглашены те дамы, кои приглянулись более. (№ 1 и 2)

11. О Синявине9 Г(осударь) И(мператор) отзывается: “он честный и отличный человек, но не по мне”; о Закревском10: “это чурбан, способен только сидеть и писать”. (№ 1 и 2)

12. Е(го) И(мператорское) В(еличество) умеет обворожить приемом, и тот, кто обманувшись сим, скажет правду, тогда же погиб. (№ 1 и 2)

13. Возвратясь после Ахенского Конгресса11, Е(го) И(мператорское) В(еличество) разговаривал с А. Орловым12. Сей, между прочим, сказал: “Государь! зачем Вы ездите к полякам? Зачем пишете такие милостивые благодарственные манифесты?”
Г(осударь): Мне надобно было благодарить. Не напишешь ли ты Михайле13 благодарности, когда он примет тебя хорошо в Киеве? Я то же сделал.
О(рлов): Государь! Но кто может любить вас так, как русские? Когда москвичи услышали о покушении захватить вас на дороге в Брюссель14, они в исступлении кричали: “какой народ дерзнет и помыслить о сем?”
Г(осударь) И(мператор), вне себя, проливая слезы, обнимал Орлова и с чувством сказал: “чем заплачу народу за любовь его? Алексей! говори мне всегда правду, будь истинный друг”.
№ 1-й, рассказывая сие, прибавил: “для параллели расскажу теперь, как любит Он правду. Когда А. Орлов возвратился из Берлина, Е(го) И(мператорское) В(еличество) спросил: “Что говорит Гнейзенау15 о военных поселениях?”
О(рлов): Это новые стрельцы.
Г(осударь) И(мператор) вышел из себя, с негодованием закричал: “Ты смеешь это сказать?” (№ 1)

14. Ермолов16, откланиваясь при отъезде в Грузию, плакал и сожалел, что лишается счастия наслаждаться лицезрением Е(го) В(еличест)ва.
Г(осударь) И(мператор) вдруг спросил: “Правда ли, А(лексей) П(етрович), что ты плачешь, когда хочешь?”
Е(рмолов): Государь! Я — человек Вашего веку! (№ 1)

15. Щербинин17 находился в свите Е(го) В(еличества) при обозрении Финляндии. Как К(нязь) В(олконский) всегда утомлен и весьма занят приказами, а Соломка18 в состоянии рассуждать только с лошадьми, то Е(го) В(еличество) со скуки спросил однажды за столом Щербинина: “Каково в Персии? Я думаю, она счастлива?”
Щ(ербинин): Народ самой бедной и угнетенной.
Г(осударь): Отчего?
Щ(ербинин): Ужасный деспотизм. Шах не щадит никого и ничего; никто не обеспечен ни в жизни, ни в собственности.
Г(осударь): А!.. Деспотизм, — и, нахмурясь, замолчал.
Толчок, полученный Щербининым в ногу от К(нязя) В(олконского), заставил и его пресечь разговор. (№ 1)

16. Соломка и Марченко19 находились в Вене в одном обществе с № 1-м. Сол(омко) спросил у М(арченко): “Василий Р(оманович)! Вы были в Англии; скажите, есть ли там какое-либо правление, вот как у нас Губернское правление, Казенная Палата?
М(арченко): И! какое! Против моей квартиры был кабак. Вот они пьют часов до пяти, а там идут в какой-то Парламент. Кто потрезвее, тот прочтет входящий и исходящий журналы, да и все тут.
“Свита Русского Государя!” (№ 1)

17. Г(осударь) И(мператор) сказал однажды канцлеру Румянцеву20: “Извини, что я употребляю Нессельроде”21.
Р(умянцев): Мне стыдно было бы сердиться, взглянув только на Нессельроде. (№ 1)

18. Граф Милорадович22 просил дозволения отправиться в деревню, говоря, что на него странно все смотрят после назначения других главнокомандующими.
Г(осударь) И(мператор): В мирное время командовать войском ничего не значит, а в чем состоит мнение? Это дети, кои болтают: завтра возьму тебя за руку и все заговорят о моем расположении. Место военного Генерал-губернатора важнее. Тебе вверяю охранение моего семейства, самого себя.
М(илорадович): Можно выбрать...
Г(осударь) И(мператор), не дав окончить, с изменившимся бледным лицом, дрожа, схватил его за плечо и испуганным голосом сказал: “Выбрать!.. А батюшка!..”
Граф, сидя у камина и рассказывая сие № 2-му, прибавил: “Ну вот, меня запрут в кабинете, почему я знаю, что делается там (во Дворце); да и что мне за нужда? Пришлют, поеду, а без того...” (№ 2)

19. После Семеновского происшествия граф Милорадович сказал однажды № 2-му: “Я оказал услугу отечеству!” Подумав несколько, пониженным тоном прибавил: “Может быть, Государю”. (№ 2)
20. Г(осударь) И(мператор), будучи наследником престола, писал к Ла Гарпу23, что дела идут дурно, что негодный капрал предпочитается заслуженному генералу и пр. В первые годы царствования писал опять, что не может привыкнуть к мысли о деспотизме, что ужасается его, что единственное намерение состоит в доставлении блага подданным, что с графом Строгановым, князем Чарторыжским и Новосильцевым24 печется о распространении просвещения и что если успеет сделать счастливым свой народ, то отречется от престола, удалится в безвестный угол Европы и станет утешаться мыслию, что принес пользу отечеству.
№ 1, рассказывая сие, прибавил: “Кажется, пора бы уже исполнить; время давно наступило, да верно забыл, так напомнить бы ему; и вероятно, что графы Аракчеев и Гурьев, князья Волконский и Голицын25, как главнейшие споспешествователи к устроению блага народного, последуют также за Ним; а самое уединенное место — Грузино26”.

21. Каталани27 готовилась петь концерт в Павловске, когда был там Прусский принц Карл28. Все было готово, как Их В(ы)с(очества) В(еликие) К(нязья), приехавшие из лагеря, узнав, что уже четверть девятого часа, торопливо сказали: “Не поспеем к заре!” — и ускакали во всю мочь. (№ 3)

22. В(еликий) К(нязь) М(ихаил) П(авлович), возвратясь из путешествия, на вопросы, что ему лучше всего понравилось, отвечал: “Стойка польской пехоты”. — “Какова Англия?” — “Мерзость! Это кабак, в котором каждый каналья имеет голос”. (№ 1 и 2)

23. Когда он был нездоров в сентябре 1820, “перекричавши на батальонном ученьи и слишком утянувшись”, и когда не отпускали его из Павловска, то сказал: “Если меня не пустят в Петербург учить солдат, я нарочно буду ходить по болотам, дабы заболеть”. (№ 3)

24. Е(го) В(ысочеств)у Н(иколаю) П(авловичу) представляли о производстве в унтер-офицеры одного отличного солдата, бывшего во многих сражениях. “Что за важность быть в сражениях? Я не был ни в одном, а командую бригадою”. (№ 3)

25. В(еликий) К(нязь) М(ихаил) П(авлович) гордится искусством своим в учебном шагу; В(еликий) К(нязь) Н(иколай) П(авлович), завидуя в том, сказал однажды: “Как обидела меня природа! Брат оттягивает ногу вершком более и опускает носок на вершок ниже!” (№ 3)

26. Е(го) В(ысочество) Н(иколай) П(авлович) делает часто смотры, как домашняя прислуга равняется, марширует и пр., а за столом велит подавать блюда учебным шагом. (№ 3)

27. Сеславина29 В(еликий) К(нязь) М(ихаил) П(авлович) спросил: “Видели ли вы разбойника Квирогу30?” — и получа ответ: “Видел не разбойника, а спасителя Отечества и имел счастие быть лично с ним знаком”, — сказал, запыхавшись, адъютанту своему: “Слышишь? Он с ума сошел! В крепость его!” В награду за подвиги воин, которым бы гордилась каждая страна, в тот же день отставлен, лишен куска хлеба и выслан из России. (№ 2)

28. В(еликий) К(нязь) Н(иколай) П(авлович) ласков с богатыми офицерами, приглашает их к себе, представляет Великой Княгине; бедных же не удостаивает и взглядом. Увидев у бывшего полковника Приклонского31 четверку прекрасных вороных лошадей, расхвалил при нем супруге и сказал: “И нам бы таких иметь, да дорого”; после сего Приклонский продал их Его В(ысочеств)у за половину самим заплоченной цены. Сукно, присланное Королем Прусским32 для ливреи Его дома, показалось слишком тонко и продавалось не только полукусками, но и аршинами. (№ 3)

29. Принц Баденский33, полагая, что Е(го) И(мператорское) В(еличество) прежних мыслей о конституционном правлении, превозносил оное В(еликому) К(нязю) Н(иколаю) П(авловичу). “Я много путешествовал, — возвразил В(еликий) К(нязь), — но не нашел правления лучше неограниченного”. Пришедший в замешательство Принц обращается к окружающим флигель-адъютантам и узнает только, что они не знают ничего верного о мнении Г(осударя) И(мператора). (№ 2)

ПРИМЕЧАНИЯ

1 8 сентября 1816 г. Александр I, находясь в Киеве, посетил в Лавре слепого схимника Вассиана, а через несколько дней прислал ему бриллиантовый крест. “Совет, данный Вассианом Грозному” — эпизод, рассказанный князем А. Курбским: во время посещения Иваном Грозным Песношского монастыря, он побывал у инока Вассиана Топоркова и спросил его: “Как я должен царствовать, чтобы вельмож своих держать в послушании?” — на что Вассиан ответил: “Если хочешь быть самодержавцем, не держи при себе ни одного советника, который был бы умнее тебя. Если так будешь поступать, то будешь тверд в царстве, если же будешь иметь при себе людей умнее себя, то по необходимости будешь послушен им”.
2 Волконский Петр Михайлович (1776—1852), князь, генерал-лейтенант, начальник Главного штаба (1813—1821), затем министр двора; считался личным другом Александра I.
3 В свите Александра I (в 1813 г.) не обнаружено лицо с такими инициалами. О ком идет речь, установить не удалось.
4 Нарышкина (урожд. княжна Четвертинская) Мария Антоновна (1779—1854), фаворитка Александра I.
5 Толстой Петр Александрович (1770—1844), граф, генерал от инфантерии, управляющий Главным штабом.
6 Долгорукий Яков Федорович (1659—1720), князь, сподвижник Петра I. При решении одного дела в Сенате сказал Петру: “Царю правда — лучший слуга. Служить — так не картавить; картавить — так не служить”.
7 Лобанов-Ростовский Дмитрий Иванович (1752—1838), князь, министр юстиции (1817—1827).
8 Речь идет о военной революции в Испании в 1820 г., которую возглавляли А. Риэго и А. Квирога.
9 Синявин (Сенявин) Дмитрий Николаевич (1763—1831), вице-адмирал, участник ряда кампаний 1780—1790-х гг., командир Херсонского и Севастопольского портов в 1800—1804 гг. и т. д.; в 1813—1826 гг. находился в отставке.
10 Закревский Арсений Андреевич (1783—1865), генерал-майор, генерал-адъютант, дежурный генерал Главного штаба; генерал-губернатор Финляндии (с 1823), военный губернатор Москвы (1848—1859).
11 Ахенский конгресс состоялся в октябре — ноябре 1818 г.
12 Орлов Алексей Федорович (1786—1861), генерал-майор, командир лейб-гвардии Конного полка; при Николае I граф и князь, шеф жандармов и начальник III отделения (сменил на этих постах графа А. Х. Бенкендорфа).
13 Орлов Михаил Федорович (1788—1842), брат А. Ф. Орлова, декабрист; начальник штаба 4-го пехотного корпуса в Киеве (1818—1819).
14 По завершении Ахенского конгресса, когда Александр I собирался выехать в Версаль по приглашению короля Нидерландов, открылся заговор группы бонапартистов, намеревавшихся захватить Александра I на дороге между Ахеном и Брюсселем, увезти во Францию и там заставить подписать декларацию об освобождении Наполеона.
15 Гнейзенау Август (1760—1831), граф, прусский генерал-фельдмаршал, герой наполеоновских войн; начальник штаба армии Блюхера Г. (1814—1815).
16 Ермолов Алексей Петрович (1777—1861), генерал от инфантерии, герой Отечественной войны 1812 г., с 1816 г. главнокомандующий на Кавказе.
17 Щербинин Михаил Андреевич (1798—1841), штабс-капитан; состоял при князе П. М. Волконском во время его поездок с Александром I; участник посольства А. П. Ермолова в Персию (1816—1817).
18 Соломко (Соломка) Афанасий Данилович (1786—1872), полковник, обер-вагенмейстер Главного штаба.
19 Марченко Василий Романович (1782—1841), статс-секретарь, правитель дел Комитета министров.
20 Румянцев Николай Петрович (1754—1826), граф, государственный канцлер, дипломат; известный собиратель древностей.
21 Нессельроде Карл Васильевич (1780—1862), управляющий коллегией иностранных дел, министр иностранных дел (1816—1856), впоследствии граф.
22 Милорадович Михаил Андреевич (1771—1825), граф, генерал от инфантерии, герой Отечественной войны 1812 г., петербургский военный генерал-губернатор (1818—1825).
23 Ла Гарп (Лагарп) Фредерик Цезарь (1754—1838), воспитатель Александра I, швейцарский политический деятель.
24 “Молодые друзья” Александра I, члены Негласного комитета: граф Павел Александрович Строганов (1774—1817), князь Адам-Ежи Чарторижский (Чарторыжский) (1770—1861) и граф Николай Николаевич Новосильцев (1768—1838).
25 Аракчеев Алексей Андреевич (1769—1834), граф, военный министр (1808—1825); Гурьев Дмитрий Александрович (1751—1825), граф, министр финансов (1810—1823); Голицын Александр Николаевич (1773—1844), князь, министр духовных дел и народного просвещения (1816—1824); П. М. Волконский (см. сн. 2) — наиболее непопулярные фигуры александровского царствования.
26 Известное новгородское имение графа Аракчеева, центр Новгородских военных поселений.
27 Каталани Анжелика (1780—1849), итальянская певица (сопрано); гастролировала по России в 1820—1821 гг.
28 Карл Прусский (1801—1883), принц, брат вел. кн. Александры Федоровны.
29 Сеславин Александр Никитич (1780—1858), генерал-майор, известный партизан 1812 г.; в 1815—1820 гг. лечился за границей, возвратившись, вышел в отставку.
30 Квирога Антонио (1784—1841), один из лидеров Испанской революции 1820 г.
31 Очевидно, Николай Михайлович Приклонский (ок. 1766— ?), полковник лейб-гвардии Измайловского полка, с 1819 г. в отставке; член “Союза Благоденствия”.
32 Фридрих Вильгельм III (1770—1840), отец вел. кн. Александры Федоровны.
33 Карл Баденский (1786—1818), принц, брат императрицы Елизаветы Алексеевны.

Публикация В. М. БОКОВОЙ