ДЕКАБРИСТЫ

Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » "Вокруг декабря". » ДАРАГАН, БАРТОЛОМЕЙ, ДЕНИСОВ.


ДАРАГАН, БАРТОЛОМЕЙ, ДЕНИСОВ.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

ДАРАГАН, БАРТОЛОМЕЙ, ДЕНИСОВ

Все они - офицеры л.гв. Конно-пионерного эскадрона, сослуживцы Пущина Михаила Ивановича.
На мой взгляд, они незаслуженно обойдены вниманием исследователей. И вот по какой причине: по сложившейся исторической традиции личность М.И. Пущина среди других декабристов занимает некое обособленное положение. Он занимает отдельное положение между активными и убежденными членами тайного общества и лицами, вовлеченными в орбиту заговора непосредственно перед восстанием. Этому во многом способствовали два фактора: позиция самого Пущина на следствии и помещение его в единственном числе в 10 разряд  при определении наказания.  На следствии Пущин, естественно,  старался приуменьшить свою вину. В чем-то это ему удалось. Судьи приняли позицию, им занятую: в тайных обществах не состоял, к восстанию не готовился, случайно оказался на совещании у Рылеева, и тот представил его другим присутствующим соучастником, против его воли.
Однако мемуарные записки М.Пущина свидетельствуют об ином. Так, он указывает, что примерно в начале декабря 1825 года узнал от Рылеева, к которому его послал брат Иван, о готовящемся восстании в случае повторной присяги. Пущин пишет: "Я уже не сомневался в существовании заговора, который еще составлялся и в который набираются соучастники".  Затем он описывает состоявшееся несколькими днями позже совещание у Рылеева (вероятнее всего - 12 декабря), на котором присутствовали представители разных полков. Обсуждалось предстоящее восстание, оценивались возможные варианты развития событий.     
Кстати, Пущин определяет позицию бывшего на этом совещании Трубецкого так: "... к поднятию оружия мы не готовы, нет никакого нравственного участия в успехе предприятия", указывая, что он также придерживался этого мнения.
Замечу, что указанная позиция существенного отличается от полного неприятия восстания и отказа в его участии, в чем позднее Пущин старался убедить (и убедил!) следствие.
Но ведь в аналогичной позиции Трубецкой дал согласие возглавить восстание! О том, чем он руководствовался при этом, хорошо написано у Я.Гордина в работе "Мятеж реформаторов". Возможен и вариант, указанный В.Брюхановым ("Заговор графа Милорадовича").  В любом случае Трубецкой готов был приступить к действию в случае сбора достаточного, с его точки зрения, количества войск.
Поэтому логично предположить, что и М.Пущин, как человек очень осторожный, имел намерение присоединиться к восстанию, но лишь убедившись в стечении благоприятных факторов - достаточного количества войск у восставших и наличия четкого и авторитетного командования со стороны руководителей.  Это прямо подтверждается его же мемуарной записью. Вечером 13 декабря к нему с докладом пришел вахмистр и спросил,как поступать на завтра: принимать ли новую присягу? Если бы Пущин не был на стороне заговорщиков, что он должен был ответить? Правильно: конечно принимать. А что ответил Пущин? Эскадрон будет делать то, что ему прикажут; за исполнение приказа солдата не накажут. Вот и понимай, как знаешь.
Но если с солдатами все более или менее понятно, то офицеры - не китайские болванчики. Они незаконного приказа не выполнят,  еще и солдат удержат.
Вот тут мы возвращаемся к тому, с чего начали. С большой долей вероятности можно предположить, что Пущин, узнав о существовании тайного общества и о подготовке к восстанию,  позаботился о том, чтобы склонить на свою сторону офицеров своего эскадрона.
Прямых указаний на то, что указанные офицеры знали о существовании тайного общества, у меня нет.  Но то, что они знали о готовящемся восстании, прямо указывает М.Пущин. Так, он после вышеупомянутого совещания у Рылеева, а также разговора с полковником Финляндского полка Моллером, также сторонником взвешенных действий и придерживавшимся умеренных позиций, вернулся домой:
"Я жил в Измайловских казармах на одной квартире с Дараганом, нашел у него Бартоломея и Денисова за стаканами чая и им рассказал все мною в тот вечер слышанное и мою говоренное".
Комментарии излишни! Остается добавить, что, судя по их реакции на сказанное, новость не была такой уж неожиданностью для них. По крайней мере у Пущина нет никаких указаний на наличие споров или возражений со стороны этих трех офицеров. Надо полагать, что возможность участия в мятеже в той или иной степени уже ранее обсуждалась в этом кругу и никем из них не отвергалась. А вечером 13-го Пущин лишь сообшил им об окончательном решении общества - срыве присяги и восстании. Думаю, что все четверо придерживались мнения занять выжидательную позицию и ждать развития событий, чтобы в случае успеха восстания присоединиться к нему. Это косвенно подтверждается фактическими действиями самого Пущина: до этого несколько месяцев не появлявшийся на службе по причине болезни, утром 14 декабря он в полной форме появился перед эскадроном да так, что испугал приводившего эскадрон к присяге полковника Засса (солдаты были рады видеть своего командира и слишком громко его поприветствовали). Появление Пущина можно было бы обьяснить проводящейся присягой. Но ему, как больному, вовсе не обязательно было там появляться (во время его болезни эскадроном командровал другой). А вот в случае развития событий в благоприятном для мятежников направлении, его нахождение при эскадроне было бы обязаельным.
Позднее ни Пущин на следствии, ни указанные офицеры не выдали друг друга, что лишний раз свидетельствует о том, что их отношения носили крепкий и устойчивый характер.

Итак, что нам известно об этих офицерах?

Отредактировано Александр (14-05-2017 09:27:07)

2

ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ ДАРАГАН

(29.01.1800 – 21.12.1875).

Родился в 1800 году в семье отставного майора Михаила Петровича Дарагана, помещика Полтавской губернии. Мать Ева Яковлевна Фок была близкой родственницей героя Отечественной войны 1812 года генерала К. Ф. Багговута.

Благодаря этому родству Дараган был в конце 1815 года принят в Пажеский корпус, получив первоначальное образование в частном пансионе пастора Коленса. Время, проведённое в корпусе, описано самим Петром Михайловичем в его записках, изданных под заглавием: «Воспоминания первого камер-пажа Великой Княгини Александры Фёдоровны. 1817—1819». («Русская старина», 1875, т. ХIІ, апрель).

6 апреля 1819 года Дараган был произведён из камер-пажей в прапорщики лейб-гвардии Конно-пионерного эскадрона, только что тогда сформированного.

С открытием в 1828 году русско-турецкой войны Дараган, в чине капитана, командовал Конно-пионерным эскадроном, входившим в состав корпуса, осаждавшего крепость Варну; в 1830 году он был командирован на Кавказ, где принял участие в военных действиях против горцев под начальством генерал-фельдмаршала графа Паскевича; в следующем году был в составе войск, находившихся в Польше при усмирении мятежа.

В 1833 году Дараган был произведён в полковники, 11 декабря 1840 года за беспорочную выслугу награждён орденом св. Георгия 4-й степени (№ 6212 по кавалерскому списку Григоровича — Степанова).

В 1841 году назначен командиром гусарского великого князя Михаила Павловича полка. В 1844—1846 годах в чине генерал-майора командовал бригадой сначала в 3-й, потом в 7-й лёгкой кавалерийской дивизии; и командовал затем запасными эскадронами 2-го резервного кавалерийского корпуса.

С 1850 года начинается служба Дарагана по гражданскому ведомству в Министерстве внутренних дел; назначенный в этом году исправляющим должность военного губернатора города Тулы и тульского гражданского губернатора, Дараган в 1855 году за отличие по службе был произведён в генерал-лейтенанты, с утверждением в этих должностях.

С 1865 года Дараган состоял при Министерстве внутренних дел, а в следующем году вышел в отставку. Скончался в 1875 году и похоронен на Ефросиньевском кладбище в Вильно.
Семья

Дараган был женат на дочери статс-секретаря Балугьянского, известной детской писательнице, Анне Михайловне (1806—1877). По отзыву современницы, Дараган был «очень представительной наружности, к тому же он был хороший человек, в дворянские сплетни не вмешивался, и все в губернии им были довольны. Жена его была очень умна и любезна, сын красивый кавалергард, а три дочери — красавицы»[1]:
Евгений Петрович (р.1830).
Елизавета Петровна (1834—1885), замужем за генералом В. Н. Верёвкиным (1821—1896), их дочь художница М. В. Верёвкина.
Александра Петровна, замужем за Дмитрием Алексеевичем Арбузовым (1821—1893), сыном генерала А. Ф. Арбузова.
Евгения (Ева) Петровна (1839— ?), замужем за бароном Г. Винекеном (1834—1879/81), их сын генерал А. Г. Винекен.
Примечания
1. Из воспоминаний Е. И. Раевской //Русский Архив. 1896. Вып. 1-4.— С. 232.
Источники
Волков С. В. Генералитет Российской империи. Энциклопедический словарь генералов и адмиралов от Петра I до Николая II. Том II. Л—Я. М., 2009
Дараган П.М. Воспоминания первого камер-пажа великой княгини Александры Феодоровны. 1817-1819 // Русская старина, 1875. – Т. 12. – № 4. – С. 769-796; Т. 13. - № 5. – С. 1-19.
Степанов В. С., Григорович П. И. В память столетнего юбилея императорского Военного ордена Святого великомученика и Победоносца Георгия. (1769—1869). СПб., 1869
Фрейман О. Р. Пажи за 183 года (1711—1984). Биографии бывших пажей с портретами. Фридрихсгамн, 1894

3

По поводу личности по фамилии Бартоломей, есть предположение, что это
http://sd.uploads.ru/TnCsb.jpg

Фёдор Фёдорович БАРТОЛОМЕЙ (01.06.1800- 01.01.1862).

В 1826 г. был назначен в состав посольства в Персию для разъяснения спорных пунктов относительно границ, установленных гюлистанским трактатом. По возвращении принял участие в Турецкой войне 1828-1829 гг. и усмирении Польского восстания 1831 г. В 1848 г. был назначен брест-литовским комендантом. Генерал-майор. Георгиевский кавалер №5923 3.12.1839
Оставил два труда: «Посольство князя Меншикова в Персию в 1826» и «Походный журнал 1831».

Вместе с тем, по состоянию на 07.01.1822 года в списках Л.гв. Конно-пионерного батальона значился также и поручик Александр Фёдорович БАРТОЛОМЕЙ 2-й. Очевидно - брат Ф.Ф. Бартоломея 1-го.

4

Идентифицировать третье лицо несколько сложнее. Как мне кажется, под псевдонимом "Денисов" Пущин описал человека, подлинную фамилию которого он по каким-то причинам называть не хотел. Но при этом ключ к разгадке поместил в своих же мемуарах. Итак, что он сообщил о Денисове?
Вот первых, он поступил в Конно-пионерный эскадрон фурштатским офицером (т.е. офицером обоза, нестроевым) из вахмистров л.гв.Кавалергардского полка. При этом "не получил образования". Можно сделать вывод, что офицерский чин он выслужил из "нижних чинов".
Во вторых, на момент исполнения приговора над декабристами Денисов уже командовал армейским конно-пионерным эскадроном и во главе его присутствовал при исполнении приговора. "...Денисов отсалютовал ощипанному и уязвленному своему бывшему начальнику..." Этим эскадроном он командовал до назначения командиром Орденским кирасирским полком.
В третьих, эти события (вступление в командование Орденским кирасирским полком и пребывание в этой должности) отнесены ко времени, когда Пущин уже находился на Кавказе.
Для выяснения личности и проверки уже имеющейся информации можно, как мне кажется, воспользоваться имеющимися в нашем распоряжении фактами.
Так, согласно данным об Орденском кирасирском полку в период с 03.04.1827 по 26.02.1834 (т.е. когда Пущин уже находился на Кавказе), им командовал полковник Евстафий Максимович Лингрен. 25.12.1833 года был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. Есть основания полагать, что именно он является тем лицом, которое в воспоминаниях М.Пущина зашифровано под псевдонимом "Денисов".
И еще один штрих. Пущин пишет про Денисова: "От нас он получил столько образования, что в последствии мог быть переведен в армейский конно-пионерный эскадрон...". При этом хочу отметить следующее: мемуарист указывает, что в образовании Денисова участвовали кроме самого Пущина и другие офицеры, очевидно, Дараган,  Бартоломей, а может быть, и кто-то еще. Процесс передачи знаний человеку, "вообще не получившему образования", требует довольно длительного времени.
       
Вывод : внутренние связи в указанной группе офицеров возникли задолго до 14 декабря, были крепкими и устойчивыми. Действия участников группы были направлены на достижение единой общей позитивной цели. На личные отношения членов группы не повлияли ни арест, ни приговор.
У нас нет достаточных оснований считать эту группу ячейкой тайного общества. Но этой группе, как минимум, за несколько дней до 14 декабря стало известно о планах восстания и о возможности участия их воинской части в этом восстании. Эта информация не вызвала со стороны участников группы ни протеста, ни возражений. Неучастие в мятеже можно обьяснить особой позицией лидера группы М.Пущина, совпадающей с мнением ряда руководителей тайного общества (Трубецкой). Эта группа относится к так называемой "периферии заговора", о неизученности которой указывает Я. Гордин..

Отредактировано Александр (15-01-2017 15:49:52)

5

Полковник Евстафий Максимович Лингрен. 25.12.1833 года был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. Есть основания полагать, что именно он является тем лицом, которое в воспоминаниях М.Пущина зашифровано под псевдонимом "Денисов".

Вынужден признать, что мое предположение о том, что под псевдонимом "Денисов" был указан Лингрен Е.М. - НЕВЕРНО.
В этом меня убедило изучение имеющихся в моем распоряжении документов.
Так, Лингрен Е.М. в 1823-1825 годах служил в лейб-гвардии Кирасирском полку, поэтому никак не мог одновременно служить вместе с Пущиным в Конно-пионерном эскадроне.
Да и к тому, зачем было бы Пущину скрывать данные Денисова, называя при этом открыто фамилии и Дарагана, и Бартоломея? Ведь они оба к моменту написания Пущиным записок еще были живы.
Думаю, что путаница произошла из-за ошибки памяти самого Пущина: либо Денисов не командовал Орденским кирасирским полком, а каким-либо иным полком, либо все-же служил в этом полку, но командовал в нем эскадроном. А слово "эскадрон" могло выпасть из текста как у самого Пущина, так и при печати Записок.
Поэтому вопрос о биографических данных Денисова пока остается открытым.

6

http://sh.uploads.ru/NqOt9.jpg
Graves of Daragan Family in the Euphrosyne Cemetery in Vilnius (Liepkalnio g.): Елизавета Петровна Верёвкина (урождённая Дараган; 1834-1885); Анна Михайловна Дараган (1815-1877); Пётр Михайлович Дараган (1800-1875).

7

Все-таки я нашел документальное подтверждение слов М.Пущина. Действительно существовал такой офицер Денисов. Его фамилия была именно Денисов. Пущин его никак не шифровал.
В издании "Список генералам, штаб- и обер-офицерам всей Российской армии ..." (СПб 1828 г.) вторым офицером 1-го Конно-Пионерного эскадрона значится капитан Денисов, кавалер ордена
Св. Анны 3 степени, знака отличия  Военного ордена, медали 1814года.

Не могу удержаться чтобы не поместить скриншот страницы.

http://se.uploads.ru/yiHag.png

8

В том же издании за 1831 год Денисов, как и указано у М.Пущина, уже в чине подполковника числится служащим в лейб-кирасирском Ея Императорского Величества полка, командир 3 дивизиона.

http://s7.uploads.ru/f0vpU.jpg

остается выяснить личные данные: имя, отчество, возраст и т.п.


Вы здесь » Декабристы » "Вокруг декабря". » ДАРАГАН, БАРТОЛОМЕЙ, ДЕНИСОВ.