ДЕКАБРИСТЫ

Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » Наследие. » А.А. Бестужев. Стихотворения.


А.А. Бестужев. Стихотворения.

Сообщений 31 страница 40 из 41

31

Тост

Вам, семейство милых братий,
Вам, созвездие друзей,
Жар приветственных объятий
И цветы моих речей!
Вы со мной — и лед сомненья
Растопил отрадный луч,
И невольно песнопенья
Из души пробился ключ!
В благовонном дыме трубок,
Как звезда, несется кубок,
Влажной искрою горя —
Жемчуга и янтаря;
В нем, играя и светлея,
Дышит пламень Прометея,
Как бессмертия заря!
Раздавайся ж, клик заздравной,
Благоденствие, живи
На Руси перводержавной,
В лоне правды и любви!
И слезами винограда
Из чистейшего сребра
Да прольется ей услада
Просвещенья и добра!
Гряньте в чашу звонкой чашей.
Небу взор и другу длань,
Вознесем беседы нашей
Умилительную дань!
Да не будет чужестранцем
Между нами бог ланит,
И улыбкой, и румянцем,
Нас здоровье озарит;
И предмет всемирной ловли,
Счастье резвое, тайком,
Да слетит на наши кровли
Сизокрылым голубком!
Чтоб мы грозные печали
Незаметно промечтали,
Возбуждаемы порой,
На веселье и покой!
Да из нас пылает каждой,
Упитав наукой ум,
Вдохновительною жаждой
Правых дел и светлых дум;
Вечно страху неприступен,
Вечно златом неподкупен,
Безответно горделив
На прельстительный призыв!
Да украсят наши сабли
Эту молнию побед,
Крови пламенные капли
И боев зубчатый след!
Но, подобно чаше пирной
В свежих розанах венца,
Будут искренностью мирной
Наши повиты сердца!
И в сердцах — восторга искры,
Умиления слеза,
И на доблесть чувства быстры,
И порочному — гроза!
Пусть любви могущий гений
Даст нам звездные цветы
И перуны вдохновений
В поцелуе красоты!
Пусть он будет, вестник рая,
Нашей молодости брат,
В пламень жизни подливая
Свой бесценный аромат,
Чтобы с нектаром забвенья
В тихий час отдохновенья
Позабыть у милых ног
Меч и кубок, и венок.

32

Финляндия

Посвящено А. А. 3......... му

Я видел вас, граниты вековые,
Финляндии угрюмое чело,
Где юное творение впервые
Нетленною развалиной взошло.
Стряхнув с рамен балтические воды,
Возникли вы, как остовы природы!

Там рыщет волк, от глада свирепея,
На черепе там коршун точит клев,
Печальный мох мерцает следом змея,
Трепещет ель пролетом облаков;
Туманы там — утесов неизменней
И дышат век прохладою осенней.

Не смущены долины жизни шумом;
Истлением седеет дальний бор;
Уснула тень в величии угрюмом
На зеркале незыблемых озер;
И с крутизны в пустынные заливы,
Как радуги, бегут ключи игривы.

Там силой вод пробитые громады
Задвинули порогом пенный ад,
И в бездну их крутятся водопады,
Гремучие, как воющий набат;
Им вторит гул — жилец пещеры дальней,
Как тяжкий млат по адской наковальне.

Я видел вас! Бушующее море
Вздымалося в губительный потоп
И, мощное в неодолимом споре,
Дробилося о крепость ваших стоп;
Вам жаркие и влажные перуны
Нарезали чуть видимые руны.

Я понял их: на западе сияло
Светило дня, златя ступени скал,
И океан, как вечности зерцало,
Его огнем живительным пылал,
И древних гор заветные скрижали
Мне дивные пророчества роптали!

33

Я за морем синим, за синею далью

Я за морем синим, за синею далью
Сердце свое схоронил.
Я тоской о былом ледовитой печалью,
Словно двойной нерушимою сталью,
Грудь от людей заградил.

И крепок мой сон. Не разбит, не расколот
Щит мой. Но во мраке ночей
Мнится порой, расступился мой холод
И снова я ожил, и снова я молод
Взглядом прелестных очей.

34

  Эпиграммы

1

Люблю я критика Василья —
Он не хватает с неба звезд.
Потеха мне его усилья
Могучих дум замедлить рост:
Вороне мил павлиний хвост,
Но страшны соколины крылья!

2

Клим зернами идей стихи свои назвал;
И точно, все, как зерна, их лелеют:
Заключены в хранительный подвал,
Пускай они до новой жизни тлеют!

3

Да, да, в стихах моих знакомых
Собранье мыслей — насекомых!

35

<К Рылееву>

Он привстал с канапе,

Он понюхал ране,

Он по комнате вдруг зашагал,

Подошел он к бумаги стопе

И «Поэма» на ней написал.

Вот приходит Плетнев,

Он певец из певцов,

Он взглянул, он вздрогнул, он сказал:

«За возвышенный труд

Не венец тебе – кнут

Аполлон на Руси завещал».

1823 или 1824 (?)

36

<Эпиграмма на Жуковского>

Из савана оделся он в ливрею,

На пудру променял лавровый свой венец,

С указкой втерся во дворец;

И там, пред знатными сгибая шею,

Он руку жмет камер-лакею…

Бедный певец!

1824

37

Михаил Тверской

В темнице мрачной и глухой

Ночною празднею порой

Лампада томная мелькает

И слабым светом озаряет

В углу темницы двух мужей:

Один во цвете юных дней;

Другой, окованный цепями,

Уже покрыт был сединами.

Зачем сей старец заключен

В твоих стенах, жилище страха?

Здесь век ли кончить присужден,

Или ему готова плаха?..

Не слышно вздохов на устах,

И в пламенных его очах

Божественный поной сияет.

То к небу взор он подымает,

То с нежной грустию глядит

На сына, полного печали,

И так в утеху говорит:

«В слезах довольно утопали

Твои глаза, друг добрый мой;

Пора расстаться мне с тобою

И Михайловой главою

Купить отечеству покой.

Всегда будь верен правде, чести.

И если хочешь, чтоб венец

Имел веселью твой отец,

Оставь врагов его без мести…»

На площади народ шумит

В столице хищных, злобных ханов,

России яростных тиранов;

Он с зверской радостью глядит

На труп, весь ранами покрытый.

Над ним, отчаяньем убитый,

Младой князь слезы горьки льет.

Свои власы, одежду рвет,

Татар, Узбека укоряет

И бога мести призывает…

Он внял ему, сей сильный бог,

Россиянам восстать помог

И снял с лица земли тиранов:

Их город стал жилищем вранов;

Иссохли злачные луга,

Ослабла в брани их рука,

И, пораженные слугами,

Они их сделали рабами.

<1824>

38

Шебутуй

(Водопад Станового хребта)

Стенай, шуми, поток пустынной,

Неизмеримый Шебутуй,

Сверкай от высоты стремнинной

И кудри пенные волнуй!

Туманы, тучи и метели

На лоне тающих громад,

В гранитной зыбля колыбели,

Тебя перунами поят.

Но, пробужденный, ты, затворы

Льняных пелен преодолев,

Играя, скачешь с гор на горы,

Как на ловитве юный лев.

Как летопад из вечной урны,

Как неба звездомлечный путь,

Ты низвергаешь волны бурны

На халцедоновую грудь;

И над тобой краса природы,

Блестя как райской птицы хвост,

Склоняет радужные своды,

Полувоздушных перлов мост.

Орел на громовой дороге

Купает в радуге крыле,

И серна, преклоняя роги,

Глядится в зеркальной скале.

А ты, клубя волною шибкой,

Потока юности быстрей,

То блещешь солнечной улыбкой,

То меркнешь грустию теней.

Катись под роковою силой,

Неукротимый Шебутуй!

Твое роптанье – голос милой;

Твой ливень – братний поцелуй!

Когда громам твоим внимаю

И в кудри льется брызгов пыль, –

Невольно я припоминаю

Свою таинственную быль…

Тебе подобно, гордый, шумной,

От высоты родимых скал,

Влекомый страстию безумной,

Я в бездну гибели упал!

Зачем же моего паденья,

Как твоего паденья дым,

Дуга небесного прощенья

Не озарит лучом своим!

О жребий! если в этой жизни

Не знать мне радости венца, –

Хоть поздней памятью обрызни

Могилу тихую певца.

Май, 1829

39

Часы

И дум и дел земных цари,

Часы, ваш лик сияет страшен,

В короне пламенной зари,

На высоте могучих башен,

И взор блюстительный в меди

Горит, неотразимо верный,

И сердце времени в бесчувственной груди

Чуть зыблется приливом силы мерной.

Оживлены чугунного стрелой

На вас таинственные роки,

И оглашает вещий бой

Земле небесные уроки.

Но блеск, но голос ваш для ветреных племен

Звучит и озаряет даром

Подобно молнии неведомых письмен,

Начертанных пред Валтасаром.

«Летучее мгновение лови, –

Поет любимцу голос лести, –

В нем золото и ароматы чести,

Последний пир, свидания любви

И наслажденья тайной мести».

И в думе нет, что упований прах

Дыханье времени уносит,

Что каждый маятника взмах

Цветы неверной жизни косит.

Заботно времени шаги считает он

И бой к веселию призывный;

Еще не смолк металла звон,

А где же ты, мечты поклонник дивный?

Окован ли безбрежный океан

Венцом валов – минутной пеной?

Детям ли дней дался победный сан

Над волей века неизменной?

Безумен клик: «хочу – могу».

Вознес Наполеон строптивую десницу,

Сдержать мечтая на бегу

Стремимую веками колесницу…

Она промчалась! Где ж твой меч,

Где прах твой, полубог гордыни?

Твоя молва – оркан пустыни,

Твой след – поля напрасных сеч.

Возникли светлые народов поколенья

И внемлют о тебе сомнительную речь

С улыбкой хладного презренья.

1829

40

К облаку

Куда столь быстро, и легко,

И гордо, и прелестно

Ты пролетаешь, облачко,

Скиталец поднебесный?

Земли бездомное дитя,

Игралище погоды,

Напрасно, радугой блестя,

Ты, радостью природы!

Завоет вихрь, взметая прах, –

И ты из лона звездна

Дождем растаешь на степях

Бесславно, бесполезно!..

Блести, лети на ветерке,

Подобно нашей доле, –

И я погибну вдалеке

От родины и воли!

1829. Якутск


Вы здесь » Декабристы » Наследие. » А.А. Бестужев. Стихотворения.